Станция метро Маяковская (Москва)

Красота в подземелье

Подземные галереи. С мозаичными панно и скульптурами. Московское метро. Каждая четвертая станция — объект культурного наследия. Кажется, поезда здесь лишь для того, чтобы красоту эту можно было увидеть… Прогулялась по столичной подземке с эстетическо-познавательной целью Наталья Летникова.

«Маяковская». Шедевр ар-деко мирового значения. В 1939-м — Гран-при Всемирной выставки в Нью-Йорке. Архитектор Алексей Душкин, работая над проектом, читал Маяковского и слушал Прокофьева. В итоге — сталь настоящего дирижабля, уральский родонит, смальта, мозаичное небо над Москвой. Мозаика «Сутки Страны Советов» по эскизам Александра Дайнеки и «И небо, в дымах забывшее, что голубо»…

«Новослободская». «Каменный цветок» — назвали москвичи «Новослободскую» в середине прошлого века. В витражах эпохи соцреализма — энергетик, географ, архитектор, музыкант, художник, агроном и замысловатые узоры. Орнаменты уроженец Палеха, потомственный иконописец Павел Корин искал в парчовых тканях. Сами витражи — работа рижских мастеров из стекол, хранившихся в Домском соборе.

«Площадь Революции». Галерея «Нового мира». 20 образов. За бронзовыми изваяниями — свои истории: матрос-сигнальщик — Олимпий Рудаков, позировал еще курсантом, а капитаном первого ранга, будучи в Англии, вальсировал с Елизаветой II в день коронации, — и свои традиции: потереть носы собак, туфельки студенток, флажки сигнальщиков и циркули изобретателей.

«Партизанская». «Стадион», «Измайловский парк»… Название станция меняла не раз. Нынешнее подсказала жизнь. Место встречи бывших партизан. Памятники Героям Советского Союза. Партизанке Зое Космодемьянской — первой женщине, удостоенной этого высокого звания. Посмертно. И Матвею Кузьмину — крестьянину, который ценой жизни вывел фашистов под пулеметный огонь советских войск. Негласный музей боевой славы.

«Новокузнецкая». Памятник самоотверженности и мужеству. Защитникам Севастополя, Одессы, Сталинграда, Ленинграда… «Новокузнецкая» строилась в разгар войны. В городе на Неве Владимир Фролов создавал жизнерадостные мозаики, украсившие своды. Картины из смальты по эскизам Дайнеки складывались в промерзшей мастерской блокадного города. Последняя работа художника доставлена в столицу по Дороге жизни. Владимир Фролов умер в осажденном городе в феврале 1942-го.

«Римская». Единственный фонтан в московском метро. Вода не бьет ключом, а стекает, как положено, в подземелье — у античных колонн и мраморных ножек младенцев Ромула и Рема. Основатель и первый император Вечного города восседают на станции «Римской». Позаботились о наличии в столичной подземке «римских достопримечательностей» итальянские художники Жан Пауло Имбриги, Альберто Куатроччи и российский скульптор Леонид Берлин.

Расположение[править | править код]

Концертный зал им. Чайковского и южный вестибюль
Станция «Маяковская» расположена между станциями «Белорусская» с северной стороны линии и «Тверская» — с южной. Находится на территории Тверского района Москвы на пересечении Тверской улицы и Садового кольца. Южный вестибюль имеет выход на Триумфальную площадь, к улицам Тверская, Большая Садовая и Садовая-Триумфальная. Северный вестибюль имеет выход к 1-й Тверской-Ямской, 2-й Тверской-Ямской улицам и к 1-му Тверскому-Ямскому переулку[40].

Наземный общественный транспорт[править | править код]

Вблизи станции метро «Маяковская» расположены остановки автобусов , 101, 869, 904, , т3, т10, т39, .

Автобус м1: Улица Кравченко — Больница МПС. Автобус 101: Дворец спорта «Мегаспорт» — Метро «Китай-город». Автобус 869: Фили — Метро «Маяковская». Автобус 904: 4-й мкр Митина — Метро «Китай-город». Автобус Б: по Садовому кольцу. Автобус т3: Улица Фонвизина — Метро «Маяковская». Автобус т10: Даниловская площадь — Самотёчная площадь. Автобус т39: Фили — Метро «Маяковская». Автобус н1 (ночной): Метро «Китай-город» — Аэропорт Шереметьево — Терминал F.

Достопримечательности[править | править код]

Вблизи станции расположено несколько учреждений культуры. Южный вестибюль встроен в здание Концертного зала имени П. И. Чайковского. Рядом с южным выходом находится Московский академический театр сатиры (Триумфальная площадь, дом 2) и Театр имени Моссовета (Большая Садовая, дом 16). Неподалёку от северного выхода станции расположен Государственный центральный музей музыкальной культуры им. М. И. Глинки (улица Фадеева, дом 4)[41].

  • Станция «Маяковская» на почтовых марках СССР
  • 1938
  • 1947

Хроника и факты, связанные с появлением памятника

Памятник В.В. Маяковскому – результат работы творческого дуэта: В. П. Литвякова и А. Б. Пленкина. Совместное творчество архитектора и скульптора породило композицию, воплотившую в себе уникальные качества прямодушного и целеустремленного поэта.

В процессе установки бюста, оказалось, что взгляд Маяковского символично устремлен на одноименную улицу. Специально это было сделано или невзначай – история умалчивает. А вот место установки, к которому неизменно выводит Невский проспект, было выбрано явно неслучайно. Великому человеку посвятили целый район города и его достопримечательные составляющие. Как и сам монумент, носят имя В.В. Маяковского:

  • станция метро;
  • улица;
  • библиотека;
  • дом, с мемориальной доской (годы проживания 1915-1918).

«Маяковская», станция метро

Проект Горьковского радиуса метро, предполагающий строительство станции под Триумфальной площадью, появился в первой половине 1930-х годов. В генеральном плане 1935 года этот проект был утверждён. Архитектором станции стал С.М.Кравец. В качестве эксперимента Кравец решил построить колонную станцию глубокого заложения с продольными аркадами. Но уже на этапе строительства выяснилось, что проектировщики не учли сложные геологические условия. Свод строящейся станции стал покрываться трещинами. Была срочно созвана комиссия, куда пригласили архитектора А.Н.Душкина. Он существенно изменил первоначальный проект. Душкин решил использовать металл для усиления конструкции станции. При участии авиаконструктора А.И.Путилина на в Долгопрудном были изготовлены подковообразные конструкции из нержавеющей стали, которые поддерживают свод станции.Ниши свода центрального зала украсили мозаичные панно, выполненные по эскизам художника А.А.дейнеки.

Согласно генплану 1935 года, станцию предполагалось назвать «Триумфальная площадь» по её расположению под одноимённой площадью. В 1936 году в связи с переименованием площади проектное название станции было изменено на «Площадь Маяковского». В конечном итоге станции было решено дать более лаконичное название «Маяковская» в честь советского поэта Владимира Маяковского.

Станция «Маяковская» была открыта 11 сентября 1938 года в составе участка «Сокол» — «Площадь Свердлова» (ныне «Театральная») второй очереди Московского метрополитена. В 1939 году проект станции «Маяковская» получил Гран-при на Всемирной выставке в Нью-Йорке.

Во время Великой Отечественной войны станция использовалась как бомбоубежище. 6 ноября 1941 года на «Маяковской» состоялось заседание Московского Совета депутатов трудящихся с московскими партийными и общественными организациями, приуроченное к 24-й годовщине Октябрьской революции 1917 года. В этот день здесь с докладом выступил Иосиф Сталин, причём на «Маяковскую» он приехал на поезде со стороны станции «Белорусская».

В 1950-х годах на «Маяковской» были установлены гермворота, в результате чего одно из мозаичных панно было утрачено. В конце 1950-х годов в торце станции был установлен бюст Владимира Маяковского. 7 ноября 1959 года открылся второй вход на станцию с противоположной стороны Тверской улицы (ликвидирован 26 сентября 2005 года). С 1980-х годов станция имеет статус памятника архитектуры. В 2001 году станция включена в список памятников истории и культуры местного значения как один из ценнейших архитектурных объектов города Москвы.

С середины 2000-х годов на «Маяковской» велась реконструкция. В 2005 году был открыт второй выход станции. К 2007 году на станции были заменены старые эскалаторы. 22 апреля 2010 года реконструкция станции была завершена, при этом многие детали оформления были заменены на новые. В конце 2012 года на станции началась замена ламп на лампы с «холодной» цветовой температурой, однако после возмущения бщественности в марте 2013 года было решено поставить вместо них аналогичные, но с более «тёплым» светом.

Конструкция станции — колонная трёхсводчатая глубокого заложения (глубина заложения — 34 метра). Построена по индивидуальному проекту. «Маяковская» является первой в мире станцией глубокого заложения колонного типа. Автор проекта — А.Н.Душкин. Строительство станции выполнено при участии работников 75-й шахты под руководством инженера И. Д. Гоциридзе.

Общая ширина платформы составляет 14,3 метра, а длина — 156 метров. В конструкции станции впервые в СССР использована сталь вместо железобетона. Стальные колонны поперечного сечения 65×75 сантиметра поддерживают три станционных нефа. Колонны стоят на продольной металлической балке диаметром 1,6 метра, уложенной на бетонной плите. В средней части станции сделан ряд металлических распорок-затяжек для увеличения жёсткости конструкции. Высота сводов центральных арок составляет 5,3 метра; ширина пролётов — 8,9 метра; шаг арок — 4,2 метра.

При строительстве станции сначала были пройдены боковые тоннели. Сооружение среднего свода осуществлялось при помощи проходческого щита незамкнутого контура. Полущит монтировался в торце станции и перемещался по роликам, уложенным в боковых тоннелях. Конструкции среднего свода жёстко соединялись с тюбингами крайних тоннелей при помощи продольных металлических балок, которые опираются на колонны. Боковые станционные тюбы имеют диаметр 9,5 метра и располагаются на расстоянии 13,5 метра друг от друга.

К станции прилегают перегоны: в нечётном направлении — «Маяковская» — «Белорусская»; в чётном направлении — «Маяковская» — «Тверская». Расстояние до станции «Белорусская» — 1025 метров; расстояние до станции «Тверская» — 923 метра. (расстояние между пикетами станций).

Несмотря на то, что архитектура «Маяковской» относится к «сталинской неоклассике», наличие некоторых авангардных деталей придаёт ей оттенок стиля «ар деко». Архитектура станции отличается лёгкостью и изяществом. Трёхнефный колонный зал кажется просторнее, хотя ширина платформы меньше, чем у других станций глубокого заложения. Колонны и арки станции покрыты рифлёной нержавеющей сталью, благодаря которой можно бросить монетку с одной стороны, а она приземлится с другой стороны арки. Угловые части колонн на высоту человеческого роста декорированы уральским камнем «орлец» (родонит); к настоящему времени значительная часть камней заменена более дешёвыми аналогами. Стальные конструкции арок обрамлены вставками из тёмно-серого мраморовидного известняка грузинского месторождения «Садахло». Свод станции покрыт белой штукатуркой.

Светильники находятся в тридцати четырёх овальных нишах свода центрального зала. Вдоль пояса каждого купола размещены 16бра. В перспективе зала эти освещённые ниши смотрятся как люстры. Здесь также размещены вентиляционные решётки. Украшением станции являются размещённые в нишах мозаичные панно из смальты (автор эскизов — А.А.Дейнека, тема —«Сутки советского неба»

). Мозаики были набраны в мастерской В.А.Фролова в Ленинграде. Изначально станцию украшало 35 панно. Одно, находившееся ближе к старому выходу, было впоследствии утеряно из-за строительства гермозатвора.

Верхняя часть путевых стен отделана бело-голубым мрамором «уфалей», нижняя — чёрно-оливковым мраморовидным известняком «давалу». Цоколи путевых стен оформлены серо-зелёным диоритом. Путевые стены завершаются карнизом из нержавеющей стали. Выше просматривается тюбинговый рельеф боковых тоннелей. Своды боковых тоннелей завершают поперечные полуарки из нержавеющей стали, к концам которых подвешены двояковыпуклые светильники. Прямоугольные впадины между полуарками по замыслу автора призваны зрительно облегчить свод. Однако эти впадины и тюбинговые полосы архитектор С.М.Кравец относил к недостаткам станции, так как по его мнению они вносят зрительное беспокойство.

Пол станции выложен геометрическим орнаментом мрамора. Использованы три сорта камня: желтоватый «газган», красный «салиети» и оливковый «садахло». Вдоль краёв перронов станции уложен серый гранит.

К недостаткам оформления станции можно отнести тот факт, что мозаичные панно фактически исключены из общего архитектурного ансамбля. Чтобы их рассмотреть, необходимо встать под один из куполов и задрать голову вверх. Критики также отмечали отсутствие темы Владимира Маяковского в первоначальном оформлении станции, бюст поэта там появился только после войны.

Станция имеет два наземных вестибюля. Южный вестибюль был открыт вместе со станцией в 1938 году. Он встроен в здание Концертного зала имени П.И.Чайковского на углу Тверской и Большой Садовой улиц. Авторы вестибюля — А.Н.Душкин, Я.Г.Лихтенберг и Ю. П. Афанасьев, фасад спроектировал Д.Н.Чечулин. Архитектурное оформление вестибюля относительно скромное. В отличие от других станций второй очереди, где эскалаторы доводились до верха, на «Маяковской» к ним ведут две лестницы. Согласно проекту, машинное отделение эскалаторов было вынесено из-под здания концертного зала. Прямо за входом станции расположен широкий лестничный марш, который ведёт в промежуточный зал, облицованный «уфалеем» и освещённый светильниками бра От первого зала под углом 90° другая лестница ведёт к подземному эскалаторному и кассовому залу. Нижний зал облицован тёмно-красной «шрошей». Потолок зала обработан квадратными кессонами, в которых за бронзовыми решётками расположены светильники. Зал соединяется со станцией трёхленточным эскалатором модели Е55Т высотой 28,7 м. С 7 ноября 1959 по 25 сентября 2005 года кассовый зал имел выход к ещё одному вестибюлю станции, встроенному в дом № 30/2 по Тверской улице. 26 сентября 2005 года выход был замурован в связи с аварийным состоянием здания.

С 26 сентября 2005 года по 15 мая 2007 года южный вестибюль станции был закрыт на реконструкцию. За это время полностью реконструирован наклонный ход с полной заменой эскалаторов на новые, модернизированные. В вестибюле произведена полная замена технического оснащения, построены новые кассы, установлены новые турникеты, пожарная и охранная сигнализации, заменены все кабельные коммуникации, сантехника и вентиляция. Открытие ранее замурованного выхода восточной лестницы южного вестибюля после реконструкции произошло лишь 25 декабря 2013 года. Цоколь здания был при этом полностью перестроен и заменён на современные железобетонные конструкции.

2 сентября 2005 года на пересечении 1-й Тверской-Ямской улицы и 1-го Тверского-Ямского переулка открыт второй (северный) выход станции. Авторы — архитекторы Н.И.Шумаков и Г.С.Мун при участии Я.В.Мун, инженеры: Э. И. Ханукова, Д. Савельева и М. А. Белова. Планируется, что в будущем вестибюль будет встроен в здание. В его отделке использованы различные виды мрамора, нержавеющая сталь, пол выложен гранитом. В новом вестибюле находится бюст Владимира Маяковского работы А.П.Кибальникова, перенесённый из торца станционного зала. Египетские лотосовидные колонны кассового зала, напоминают колонны метро «Кропоткинаская». В оформлении вестибюля принял участие известный художник Иван лубенков. Свод кассового зала он украсил мозаиками на тему неба. Мозаичные панно окружены жёлтым фоном, похожим тетрадный лист в клеточку, где записаны цитаты из стихотворений Владимира Маяковского. Зал освещают светильники индивидуального изготовления. Необычным является сообщение вестибюля со станцией: спустившись на эскалаторе, необходимо пройти по пешеходному коридору к другому эскалатору, по которому можно подняться к платформе. Трёхленточные эскалаторы моделей Е55Т и Е25Т имеют высоту соответственно 37,2 и 8,8 метров.

Станция «Маяковская» открывается для входа пассажиров в 5 часов 30 минут и закрывается в 1 час ночи. Первый состав в сторону станции «Речной вокзал» отправляется в 5 часов 53 минуты 25 секунд, первый состав в сторону «Алма-Атинской» — в 5 часов 39 минут.

Согласно статистическому исследованию 1999 года, суточный пассажиропоток станции составил 53 980 человек. В марте 2002 года пассажиропоток составлял: по входу — 51 700 человек, по выходу — 44 300 человек. По данным 2005 года, пассажиропоток станции составил 48 000 человек в сутки.

Станция Маяковская расположена на территории тверского района города Москвы на пересечении Тверской улицы и Садового кольца. Южный вестибюль имеет выход на Триумфальную площадь, к улицам Тверская, Большая Садовая и Садовая-Триумфальная. Северный вестибюль имеет выход к 1-й тверской-Ямской улице, 2-й тверской Ямской улице и к 1-му Тверскому-Ямскому переулку.

Расположение

Наземный общественный транспорт

Вблизи станции «Маяковская» расположены остановки автобусов № , 101, 869, 904, Б, т3, т10, т39 и .

Маршруты автобусов (данные на 2020 год)

[41][42]
Автобус № м1: Улица Кравченко — Больница МПС. Автобус № 101: Дворец спорта «Мегаспорт» — Метро «Китай-город». Автобус № 869: Фили — Метро «Маяковская». Автобус № 904: 4-й мкр Митина — Метро «Китай-город». Автобус № Б: по Садовому кольцу. Автобус № т3: Улица Фонвизина — Метро «Маяковская». Автобус № т10: Даниловская площадь — Самотёчная площадь. Автобус № т39: Фили — Метро «Маяковская». Автобус № Н1 (ночной): Озёрная улица — Аэропорт Шереметьево.

Достопримечательности

Вблизи станции расположено несколько учреждений культуры. Южный вестибюль встроен в здание Концертного зала имени П. И. Чайковского. Рядом с южным выходом находится Московский академический театр сатиры (Триумфальная площадь, дом 2) и Театр имени Моссовета (Большая Садовая, дом 16). Неподалёку от северного выхода станции расположен Государственный центральный музей музыкальной культуры им. М. И. Глинки (улица Фадеева, дом 4)[43].

  • Станция «Маяковская» на почтовых марках СССР
  • 1938
  • 1947

«Я грозовая туча в юбке»

Владимир и Элли

В советские годы нам в голову не могла прийти дерзкая мысль о реальной дочке великого поэта, живущей где-то за границей. Однажды из уст Николая Асеева вырвались обжигающие строки: «Только ходят слабенькие версии/Слухов, пыль дорожную крутя,/Будто в дальней-дальней Мексике/От него затеряно дитя». Мы улыбнулись, не доверяя этому предположению. И все.

Глубоко пришлось хранить поэту от посторонних сокровенную тайну. Опасные времена! Строгое молчание Маяковского и друзей защитило дочь Элен-Патрицию.

Она родилась в Нью-Йорке 15 июня 1926 года. Принимала роды повитуха. Кто же ее мама?

Мама Элли родилась в декабре 1904 года. Она появилась на свет в поселке близ Уральских гор. Ее отец и мать — немцы: некогда Екатерина II пригласила немецких переселенцев на русские плодородные земли. Петр Генри Зиберт хорошо продолжил русское дело своей семьи и стал состоятельным. Сам он рожден был не в Германии, а на Украине; его жена Елена Нойфельд — крымчанка.

По религиозной ориентации Зиберты — протестанты-меннониты. После революции они потеряли свое немалое состояние, хотя раньше смогли «одолжить» русскому императору целый миллион.

Элли свободно говорила на немецком и английском. В 1920 году работала переводчицей в Американском отделе помощи бедным и больным в Уфе. Здесь Элли встретила англичанина Джорджа И. Джонса, стала его женой. Вскоре он увез ее в Англию, потом — в Америку.

По какой-то причине, а возможно, по дефициту любви, они расстались, хотя добрый джентльмен не развелся с Элли: без его паспорта ее пребывание в Америке становилось невозможным. И еще один раз Джонс показал себя джентльменом: рожденную Патрицию удочерил, дал ей свою фамилию.

Красивая, стройная, сильная духом Элли одно время работала моделью. Позже окончила университет и преподавала. Была она голубоглазая, очень эмоциональная, могла бы, если хотела, принять на свой счет слова поэта: «…глаза-небеса, любимой моей глаза».

Маяковский несколько раз, общаясь с Элли на Манхэттене, рисовал ее портрет, и не один. На одном, по мнению Патриции, поэт несколько округлил лицо будущей матери своей дочери. Патриция пишет: «Мама была очень красивой женщиной. Он хотел привезти этот рисунок в Москву и, чтобы не вызвать ревности Лили Брик, нарисовал маму чуть старше и печальней. Ее красоту посторонний взгляд не заметит — отец читал ее сердце и предугадывал всю трагичность их судеб. Годы Элли Джонс скрывала свое выстраданное чувство. Она не афишировала свои отношения к Маяковскому, не делала рекламы — она просто его любила».

На других рисунках портрет Элли вписан в сюжет, придуманный поэтом. Карандаш поэта озорует, шутит, защищает Элли от посторонних, но не от себя.

Дитя любви

Патриция всегда счастлива признаться: она — дитя любви. «Я его биологическая дочь, с его 23 генами!»

В июле 1991 года в музей Маяковского в Москве вошли его дочь Патриция, очень высокая, даже могучая женщина, и ее сын Роджер — внук поэта, сильный и рослый. После знакомства с экспозицией музея вошли в комнатенку жизни и гибели поэта. Патриция села в кресло отца. Роджер подошел к матери, положил руку ей на плечо, разделяя с ней ее печаль. А чуть позже мне посчастливилось наблюдать совсем домашнюю сцену: Елена Владимировна, а по-американски — Элен-Патриция присела у стенда с личными вещами отца. Сняла босоножки и подержала ноги на холодном синем музейном полу.

Тогда Патриция привезла в Москву целую группу американских знатоков творчества поэта. В Институте мировой литературы им. Горького провели российско-американский симпозиум «Владимир Маяковский. Знакомый и незнакомый. Проблемы современного восприятия и интерпретации». Первой на нем выступила Патриция Томпсон и сказала: «Очень приятно чувствовать себя дочерью Маяковского. И радостно осознавать, что он выбрал именно мою маму, чтобы дитя любви появилось на свет. Когда люди смотрят на меня, они убеждаются, что Маяковский был живым человеком, а не мумией».

Весь свой темперамент увлеченного человека она вложила в свое озорное восклицание: «Я грозовая туча в юбке». Отозвалась порода! И во всех книгах Патриции Томпсон чувствуешь остроту ее мышления и стремление быть доказательной и требовательной к фактам.

В своей нью-йоркской квартире Патриция недавно принимала москвичей — директора музея Маяковского Алексея Лобова и научного сотрудника Данила Мухаметова.

В Нью-Йорк, в гости к Патриции

— Алексей Викторович, кому принадлежит идея вашего визита в Нью-Йорк?

— Музею. Я знал о болезни Патриции: она лежала в больнице — упала и сломала тазобедренную кость. Месяц лежала в больнице. А потом пошло длительное восстановление. И такое значимое совпадение: я первый раз позвонил ей домой в тот самый момент, когда ее на носилках заносили в дом. Сейчас ей заметно лучше: уже почти не пользуется костылями — опирается на палку. Патриция обрадовалась, что мой звонок прозвучал именно в мгновение ее возвращения домой.

— Это подтверждало обновленное и символическое возвращение в Россию.

— Ее русский дух воспрянул! Она считает себя русской, Еленой Владимировной. Когда мы приходили к ней, Патриция пыталась нас накормить, угостить. Проявилось ее русское хлебосольство. Мы не хотели причинять ей лишние расходы, приносили что-то из ресторанчика. Она обязательно выставляла вкусные сладости.

— А что вы привезли ей в подарок из России?

— Все наши музейные издания. Все-таки она доктор социологии, к тому же автор нескольких книг. Мы ее обрадовали, что в родословную Маяковского наш бывший сотрудник музея Адольф Павлович Аксёнкин включил и ее веточку. Для нее эта новость стала огромной радостью.

Его коллега Данил Мухаметов дополнил:

— Адольфа она очень любит. «Мой духовный брат», — сказала о нем Патриция. Мы привезли ей от Аксёнкина письмо. Она трогательно прикоснулась к нему губами.

— А далеко ли живет ее сын Роджер?

— Да в соседнем доме — вместе со своей семьей. И однажды он привел на встречу с нами сына Логана. Усыновленного сына все в доме любят, и он достоин этой любви. Все, что мы привезли, Логан внимательно и заинтересованно разглядывал. Ему 21 год, он окончил юридический колледж, как и Роджер, стал специалистом по пиар-деятельности.

— Алексей Викторович, кто субсидировал эту дорогую поездку?

— Частично — департамент культуры Москвы, да и сами потратились. Но это не такие большие средства. Жили мы в небольшой гостинице, сами готовили себе в маленькой снятой комнате. Покупали в магазине продукты и стряпали.

— Это по-нашенскому! Есть ли в доме Патриции портреты поэта?

— Очень много. Один большой. Есть и бюст Маяковского. Висит знаменитый портрет Элли Джонс, нарисованный Давидом Бурлюком. Здесь есть два рисунка Маяковского — известный теперь портрет Элли, где из ее огромных глаз две молнии пронзают голову поэта. И еще один: Володя распростер руки и защищает Элли от прохожих.

— Вы почувствовали, расположен ли Роджер к деду и его поэзии?

— Первая встреча с ним была довольно сдержанна. Он словно познавал нас, пытаясь понять, с какими целями мы пожаловали к ним. Но через час нашего общения русские гены проснулись.

Данил:

— Я татарин, родился в Башкирии. А Патриция издала свою книгу «Моя Башкирия». Вы знаете, Элли Джонс родилась там. В 2004 году Патриция посетила Башкирию: приехала на родину своей матери, Елены Петровны Зиберт, в Довлеканово. Там сохранился еще дом ее деда. По религиозной ориентации они были голландскими меннонитами. Некогда Екатерина II пригласила их приехать в Башкирию на плодородные земли. Стали они состоятельными людьми. Патрицию в Башкирии очень хорошо приняли. Она полюбила эту страну. Ее угощали медом, кумысом; Патриция влюбилась в звуки кураев… Моя мама, тоже филолог, когда узнала, что я еду к Патриции в Нью-Йорк, передала мне для нее баночку башкирского меда в туеске ручной работы. Патриция была тронута и удивлена: «Как же вам разрешили провезти мед в Америку?!» А нам удалось! Представляете? И еще привез я в подарок ей салфетку ручной работы, связанную моей бабушкой из шерстяных ниток. Патриция тут же назвала меня «башкирским френдом».

— Вы с ней говорили по-английски?

— Да. Нам было очень интересно общаться с Еленой Владимировной. Личность яркая, жизнерадостная. О России — прошлой и современной — она очень много знает.

Алексей:

— Через несколько дней при очередной встрече Патриция передала нам все свои работы, изданные в США. Представьте: докторскую диссертацию с автографом! Теперь она в музее. Она написала несколько учебников по социологии, по гуманитарным наукам. 30 ее книг теперь пополнили фонды музея. Сейчас мы будем над ними работать, делать опись этих книг и аннотации к ним.

Жизнерадостный Данил заметил радостно:

— По сравнению с теми американцами, с кем мы общались, Патрицию я понимал очень хорошо: она четко произносит, так ясно артикулирует, что я понимаю каждое ее слово.

— В ней есть артистизм.

— Да! Стать, харизма и уважение к собеседнику. Она смотрит внимательно, как слова ее воспринимают. Ей это очень важно! Она хочет быть услышанной.

— У вас, Данил, отзывчивое сердце. На фотографии вы запечатлели Патрицию в белом платке явно не американской вязки…

— Это мы от музея привезли пуховый платок ей в подарок: знали, что у них тогда было -10. Платок ей очень понравился. Она просто влюбилась в него. При всех встречах с нами Патриция куталась в эту пушистую белизну и приговаривала: «Вы привезли мне тепло из России».

— Вы, Данил, сделали прекрасные снимки. Глаза восторженной особы живут, рассказывают о состоянии ее души. Прошло более 10 лет, как я видела Патрицию в Москве. Теперь лицо ее утратило полноту, и засветилось природное достоинство женщины, любящей, увлеченной и счастливой! Расскажите о квартире Патриции.

— Здесь есть чем полюбоваться. Много скульптур из Африки, Океании, Индонезии… Ей дарили: она коллекционер. На одну из встреч приехал внук Патриции Логан. Он слушал наш разговор поглощенно, с интересом. Мы были буквально поглощены ее архивом — просто зарылись в нем.

Данил показывает фотографии Элли Джонс, не публиковавшиеся ни разу. Фотоаппарат Данила переснял реликвии — мы можем ими любоваться в музее. Вот Элли еще в России в годы Гражданской войны. Очень худенькая. И Данил поясняет:

— Эта худоба девушки — от голода…

— На ваших фотографиях Патриция моложе своих лет — ведь ей скоро исполнится 89.

— Она была с макияжем. Не перестает чувствовать себя женщиной.

Алексей:

— На каждую нашу встречу она изысканно одевалась. Патриция, исследователь, профессор, в идеальном научном порядке содержит свой огромный архив. Мы сейчас готовим документы для передачи этого архива музею. Надо преодолеть ряд трудностей, чтобы доставить его из Америки в Россию. У нее все документы, публикации и свидетельства содержатся в образцовом порядке.

Данил:

— Там каждая папка подписана. К ней приезжает собственный архивист! Они вместе работают, чтобы все соответствовало хронологии. Никакого любительства! Профессиональная природная точность и ответственность. Патриция — человек очень обаятельный, открытый.

— Спасибо вам, Алексей и Данил, за ваши бесценное путешествие. За радость домашнего знакомства с единственной дочерью бессмертного Маяковского. Да продлится в радости ее творческая жизнь!

Что значит — любить?

Дочь Маяковского написала книгу о себе, о матери и об отце. С английского ее перевела Екатерина Гуминская, а Институт мировой литературы РАН издал в 2003 году. На обложке солнечного цвета — ее английское и русское имя: «Патриция Дж. Томпсон. Елена Владимировна Маяковская». Подзаголовок интригует: «История любви с отрывками из мемуаров Элли Джонс». И трогательный, с улыбкой нарисованный поэтом и художником сюжет: огромные глаза Элли направляют две пронзительные молнии в склоненную голову Маяковского.

Крошечный тираж в 500 экземпляров мгновенно разлетелся. Сам текст и комментарий к нему отправляют нас в 30-е годы. Столько известных имен! Маленькие главки — это исповедь любящего сердца матери и дочери.

Патриция — убедительный рассказчик, тонкий исследователь и полемист. Ее личность и профессорский опыт в Леман-колледже университета Нью-Йорка ценят в Америке. При ее непосредственном участии здесь отпраздновали 100-летие поэта. Читали стихи на разных языках, произносили речи. Поставили пьесу «Клоп» в переводе Ф.Рива. В реплике персонажа-профессора, утешающего влюбленную Зою Веревкину, готовую к самоубийству, Патриция услышала слова своей матери из ее воспоминаний. Персонаж сказал: «От любви надо мосты делать и детей рожать».

А теперь вчитайтесь в дневниковую запись Элли: «Когда у нас некоторое время были близкие отношения, он спросил: «Ты что-нибудь делаешь — ты предохраняешься?» И я ответила: «Любить — это значит иметь детей». Он сказал: «О, ты сумасшедшая, детка!»

Воспоминания Элли — это голос любви, трезвого самоанализа, там чувствуется самоотверженный дух, желание выстоять, вынести все и вырастить достойного человека.

У них было три счастливых месяца. 32-летний Владимир чувствовал внутреннюю свободу: «Давай просто жить друг для друга… Только ты и я…» Им владели страсть и благодарные чувства к благородной и яркой женщине. 21-летняя Элли несла в душе огромную любовь.

День прощания был тяжел. Пристань. Толпа провожающих. При посторонних он всегда называл ее «миссис Джонс» и целовал руку. Элли не хотела ехать на пристань, но Маяковский настаивал и настоял.

Давид Бурлюк отвез Элли на пристань. Маяковский был уже на пароходишке «Рошамбо». Как на таком жалком суденышке плыть через океан, да еще четвертым классом? Можно представить душевное состояние молодой женщины, чувствующей, что это прощание — скорее всего навсегда.

«…Он поцеловал мне руку. Все видели, как я была бледна, и меня трясло…»

В таком состоянии она приехала в свою маленькую комнатку. «Я хотела броситься на кровать и рыдать — из-за него, из-за России, — но не могла. Моя кровать была устлана цветами — незабудками. У него совсем не было денег. Но он был такой».

Поэт больше никогда не был в Америке. Но сокровенная его часть осталась в Нью-Йорке навсегда. Элли, а в России ее звали Елизаветой Петровной, родила дочь и продолжила род Маяковского. В 1928 году в Ницце состоялась еще одна встреча. Говорят, двухлетняя девочка, увидев идущего к ним высоченного человека, крикнула: «Папа!»

Чувство духовного единения с отцом Патриции никогда не изменяло.

Рейтинг
( 2 оценки, среднее 5 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: