Значение слова МЮР И МЕРИЛИЗ


«Мюр и Мерилиз» на Петровке

В Москве «Мюр и Мерилиз» открыл оптовый магазин дамских шляп и галантереи на Кузнецком мосту. Вскоре «Мюр и Мерилиз» перешёл на розничную торговлю и быстро стал высокодоходным предприятием. Это был первый в России торговый центр для людей среднего класса, где можно было купить почти все, кроме продуктов. Магазин на углу Петровки открылся 10 сентября 1885 года, — в доме, переделанном под магазин Романом Клейном[1]. Московский магазин «Мюр и Мерилиз» был известен по всей России: магазин бесплатно рассылал каталоги и любой житель страны мог заказать товар по почте.

… Милая Маша, поскорее скажи Мерилизу, чтобы он выслал мне наложенным платежом барашковую шапку, которая у него в осеннем каталоге называется бадейкой (N 216), каракулевой черной; выбери мягкую, размер 59 сантиметров… Если фуражки-американки (N 213) теплы, то пусть Мерилиз пришлёт еще и фуражку — А. П. Чехов, в письме из Ялты[5]

Торговый дом «Мюр и Мерилиз»

Торговый дом «Мюр и Мерилиз», где сегодня размещается не менее знаменитый ЦУМ, находится на Театральной площади в самом начале улицы Петровка напротив Большого театра. Флагманский магазин в Москве был открыт в 1892 году шотландцами Арчибальдом Мерилизом и Эндрю Мюром, в 80-е годы XIX века переехавшими сюда из Петербурга.

Новое величественное серое здание, напоминающее английский готический замок, было третьим магазином заграничных предпринимателей Мюра и Мерилиза в России и первым в Москве. Ассортимент представленных в торговом доме товаров, а также скорость и качество обслуживания должны были конкурировать с соседними роскошными магазинами на Кузнецком мосту, а также со знаменитым Петровским пассажем.

Проект магазина, который мы видим сейчас, был разработан архитектором Романом Клейном в начале XX столетия после того, как прежнее здание выгорело практически дотла во время сильнейшего пожара 24 ноября 1900 года. Клейн учел происхождение заказчиков и решил привнести в облик нового сооружения черты английской готики. При строительстве торгового дома были применены передовые технологии, уникальные для того времени — специальные металлоконструкции и железобетон. На Рождество 1908 года состоялось торжественное открытие нового великолепного магазина «Мюр и Мерилиз», ассортимент которого обещал удовлетворить любой каприз, а электрические лифты для посетителей и вовсе произвели настоящий фурор. К 1910 году это уже был крупнейший и первый универсальный магазин в Москве, огромные залы которого были заполнены всевозможными товарами, включая одежду, мебель, посуду, предметы туалета, игрушки и многое другое (кроме продуктов).

Среди постоянных покупателей торгового дома «Мюр и Мерилиз» был и Антон Павлович Чехов, которому очень нравилось заказывать вещи по фирменному бесплатному каталогу магазина. Каталоги рассылались по всей России, поэтому каждый желающий мог оформить заказ из любой точки страны на сумму от 25 рублей. «…Милая Маша, поскорее скажи Мерилизу, чтобы он выслал мне наложенным платежом барашковую шапку, которая у него в осеннем каталоге называется бадейкой (N 216), каракулевой черной; выбери мягкую, размер 59 сантиметров… Если фуражки-американки (N 213) теплы, то пусть Мерилиз пришлет еще и фуражку», — писал Чехов сестре из Ялты.

В 1918 году «Мюр и Мерилиз» национализировали, а в начале 20-х годов в его помещениях работал советский Мосторг. 10 марта 1922 году под эгидой Мосторга здесь открылся Центральный универсальный магазин, или ЦУМ, однако москвичи и гости столицы еще долго по привычке называли его «Мюром».

Новое здание

24 ноября 1900 года здание магазина полностью сгорело. На его месте в 1908 году открылось новое здание «Мюр и Мерилиз» по проекту Р. И. Клейна. Стилистически здание было решено в формах английской готики, что вызвало споры среди современников — для Москвы начала XX века это было в какой-то степени анахронизмом. Магазин был новаторским по оснащению — для покупателей были оборудованы справочная, комната ожидания, два лифта и ресторан. Сенсацией стали электрические лифты для покупателей — новинка в то время. Широкое применение металлических конструкций и стальной каркас здания, выполненный по проекту знаменитого инженера В. Г. Шухова обеспечили обилие света и внутренний простор.

Поблизости от флагманского магазина существовали и другие магазины фирмы:

  • Торговый дом Хомякова (Кузнецкий мост, 6/13) — постройка 1898—1900 возле знаменитой Хомяковой Рощи
  • Маросейка, 9/2/13

Здание на Петровке

Открытие

Разработку плана реконструкции каменного доходного дома на Театральной площади доверили архитектору Роману Клейну. В результате перестройки и возведения нового корпуса вместо старых дворовых строений получилось трёхэтажное здание, замкнутое по периметру, в одной части которого располагался большой зал со стеклянным куполом[6]. Торговый дом «Мюр и Мерилиз» въехал во вновь построенные помещения в 1885 году[2]. После перехода на розничную торговлю «Мюр и Мерилиз» значительно увеличил ассортимент товаров — к концу века в магазине было 44 отдела, а количество служащих достигло тысячи человек. Так в России появился первый универсальный магазин для среднего класса, в котором можно было купить практически всё, кроме продуктов. Кроме того, универмаг ежеквартально выпускал каталоги, которые рассылал вместе с образцами тканей всем желающим. При заказе свыше 25 рублей осуществлялась бесплатная доставка почтовыми отправлениями по территории европейской части России[10][11]. Среди прочих новшеств были ценники на товарах, лишавшие продавцов возможности умышленно завышать цены, а покупателей — торговаться, примерочные комнаты, где московские модницы могли посмотреть, как будет выглядеть наряд при свете газовых светильников, и возможность вернуть непонравившийся товар[8][12].

Милая Маша, поскорее скажи Мерилизу, чтобы он выслал мне наложенным платежом барашковую шапку, которая у него в осеннем каталоге называется бадейкой (N 216), каракулевой черной; выбери мягкую, размер 59 сантиметров… Если фуражки-американки (N 213) теплы, то пусть Мерилиз пришлёт еще и фуражку.

— писал Антон Павлович Чехов из Ялты[13]

В декабре 1891 года здание загорелось впервые. Тогда в огне погибли двое пожарных и значительно пострадали товары. Однако благодаря компенсации от страховой компании и усилиям персонала по восстановлению повреждённых помещений, магазин снова открылся спустя всего шесть недель[6]. 24 ноября 1900-го произошёл второй пожар, полностью уничтоживший здание на Театральной площади. Убытки компании составили полтора миллиона рублей[14]. Поэт Владислав Ходасевич вспоминал[7]:

Пожар разгорался, начался ветер, и со стороны «Мюр и Мерилиза» несло теплом, дымом и гарью. Когда ветер усилился, то в небо взлетели какие-то ярко горящие полотнища, как алые знамена, — это горели целые кипы материи, разворачиваясь от порывов ветра. Некоторые куски падали на землю поблизости от нас, и люди шарахались от них, а какие-то смельчаки бежали навстречу, надеясь, что авось не весь материал обгорел.

После пожара «Мюр и Мерилиз» сменил адрес, заняв три этажа в доходном доме Хомякова на улице Кузнецкий Мост[2][14].

Новое здание

«Мюр и Мерилиз» в XX веке на открытке 1914 года из цикла «Москва в XXIII веке»
Спустя шесть лет после пожара владельцы компании приняли решение о строительстве нового магазина на месте сгоревшего. Проект разработал архитектор Роман Клейн. Семиэтажное здание в стиле английской готики с двумя подвальными этажами решили возводить из металлических конструкций и бетона[15]. Подобная технология использовалась в Америке для строительства небоскрёбов, но в Москве это было первое здание, построенное таким образом. Проект внутренних конструкций и металлического каркаса нового торгового дома выполнил инженер Владимир Шухов. Такое решение позволило возводить более тонкие стены и увеличить размер окон, что обеспечило внутренний визуальный простор и обилие света[8][10][6].

В 1906 году началось строительство, а уже в августе 1908-го новый «Мюр и Мерилиз» открылся для покупателей. Необычными для сооружений того времени оказались зеркальные витрины первого этажа, облицованные мрамором фасады и гранитный цоколь. Кроме того, магазин был оснащён двумя лифтами и вращающимися дверьми. Однако после многочисленных жалоб посетителей, которые иногда оказывались зажатыми в дверях, конструкцию заменили. Для удобства покупателей в обновлённом «Мюр и Мерилиз» существовали стол справок, комната ожидания и ресторан, попасть в который можно было и через торговые залы, и по винтовой лестнице, расположенной в эркере на углу улицы Петровки и Театральной площади[6][9].

Перед революцией в универмаге было около 80 отделов и насчитывалось примерно 3000 служащих, а годовой доход компании составлял почти 90 000 рублей. После открытия нового магазина на Театральной площади компания продолжала арендовать помещения в доме Хомякова, где остались отделы с мебелью и коврами[13][7][6][16].

Мебельная фабрика

В Москве, на Пресне, сохранилась и по сей день действует мебельная фабрика, основанная Филипом Уолтером[6] под маркой «Мюр и Мерилиз» (Расторгуевский переулок, 3, 55°45′53″ с. ш. 37°34′05″ в. д. / 55.76472° с. ш. 37.56806° в. д. / 55.76472; 37.56806 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=55.76472&mlon=37.56806&zoom=17 (O)] (Я). Главное здание, некогда крупнейшее во всей округе, было закончено постройкой в 1902. Мебель Мюра и Мерилиза закупал императорский двор, эскизы моделей выполняли ведущие художники и архитекторы тех лет. «Изюминкой» предприятия была поставка законченных интерьеров собственной работы — кроме мебели, фабрики Мюр и Мерилиз производили наборный паркет, «дизайнерские» обои и переплёты книг. В 1922 по инициативе мебельщиков Охотничий переулок, на который выходил фабричный двор, был переименован в Столярный.

Мебельная фабрика[править | править код]

Бывшее здание мебельной фабрики «Мюр и Мерилиз» на Пресне (Столярный переулок, дом 3, корпус 1) Фабрика «Мюр и Мерилиз» на Пресне. Реклама начала века. Главное здание сохранилось, на месте конюшен выстроен техникум
Кроме универмага на Малой Грузинской улице. Главный корпус в стиле английской готики был возведён в 1912 году по проекту Романа Клейна. Внешне здание напоминает шотландский замок с высокой башней и стрельчатыми окнами. Рядом находились одноэтажные постройки складов, конюшен и литейных мастерских[17]. Мебель от «Мюра и Мерилиза» закупал императорский двор, эскизы моделей выполняли ведущие художники и архитекторы тех лет. Особенностью предприятия стала поставка законченных интерьеров собственной работы. Кроме мебели, фабрики производили наборный паркет, дизайнерские обои и переплёты книг[11][6][18]. В 1922 году Охотничий переулок, на который выходил фабричный двор, был переименован в Столярный[3].

Национализация

После революции «Мюр и Мерилиз» национализировали в 1918 году. Совладелец торгового дома, почти пятьдесят лет возглавлявший его, при котором фирма достигла пика своего могущества, — Филлип Уолтер [6] (Phillip Walter) — был уволен. Потеряв своё детище и средства к существованию, Филлип скончался в 1919 году. Он жил в нищете и столовался у своих бывших работников.

Здание на Петровке[7] занял Мосторг, а позже Центральный универсальный магазин (ЦУМ) [8], открытый публике 10 марта 1922. [5]

Примечания

  1. 12Романюк С. К.
    Британские традиции в облике Москвы // Московский журнал. — 2015. — № 10. — С. 68. — ISSN [www.sigla.ru/table.jsp?f=8&t=3&v0=0868-7110&f=1003&t=1&v1=&f=4&t=2&v2=&f=21&t=3&v3=&f=1016&t=3&v4=&f=1016&t=3&v5=&bf=4&b=&d=0&ys=&ye=&lng=&ft=&mt=&dt=&vol=&pt=&iss=&ps=&pe=&tr=&tro=&cc=UNION&i=1&v=tagged&s=0&ss=0&st=0&i18n=ru&rlf=&psz=20&bs=20&ce=hJfuypee8JzzufeGmImYYIpZKRJeeOeeWGJIZRrRRrdmtdeee88NJJJJpeeefTJ3peKJJ3UWWPtzzzzzzzzzzzzzzzzzbzzvzzpy5zzjzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzztzzzzzzzbzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzvzzzzzzyeyTjkDnyHzTuueKZePz9decyzzLzzzL*.c8.NzrGJJvufeeeeeJheeyzjeeeeJh*peeeeKJJJJJJJJJJmjHvOJJJJJJJJJfeeeieeeeSJJJJJSJJJ3TeIJJJJ3..E.UEAcyhxD.eeeeeuzzzLJJJJ5.e8JJJheeeeeeeeeeeeyeeK3JJJJJJJJ*s7defeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeSJJJJJJJJZIJJzzz1..6LJJJJJJtJJZ4….EK*&debug=false 0868-7110].
  2. Harvey J Pitcher Muir & Mirrielees: The Scottish partnership that became a household name in Russia
    «Swallow House», 1994, 201 pages ISBN 0-905265-03-3 ISBN 978-0-905265-03-2 (англ.)
  3. [all-photo.ru/empire/index.ru.html?big=on&img=15460&id=15458 Мерилиз Арчибалд (1797—1877)]
  4. [all-photo.ru/empire/index.ru.html?big=on&img=15462&id=15459 Мюр Эндрю (1817—1899)]
  5. 12
    [www.trud.ru/trud.php?id=200603160451901 «Труд», 16.03.2006]
  6. 12
    [all-photo.ru/empire/index.ru.html?big=on&img=15461&id=15457 Филип Уолтер (1845—1919)]
  7. [merjevich.ru/photo/?id=28 Мосторг (б. Мюр и Мерилиз), Петровка]
  8. [www.moskva.ru/guide/streets/theatr_sqr3.html Центральный универсальный магазин (ЦУМ)]

Отрывок, характеризующий Мюр и Мерилиз

Впереди его был мост, а у моста, стреляя, стояли другие солдаты. Пьер подъехал к ним. Сам того не зная, Пьер заехал к мосту через Колочу, который был между Горками и Бородиным и который в первом действии сражения (заняв Бородино) атаковали французы. Пьер видел, что впереди его был мост и что с обеих сторон моста и на лугу, в тех рядах лежащего сена, которые он заметил вчера, в дыму что то делали солдаты; но, несмотря на неумолкающую стрельбу, происходившую в этом месте, он никак не думал, что тут то и было поле сражения. Он не слыхал звуков пуль, визжавших со всех сторон, и снарядов, перелетавших через него, не видал неприятеля, бывшего на той стороне реки, и долго не видал убитых и раненых, хотя многие падали недалеко от него. С улыбкой, не сходившей с его лица, он оглядывался вокруг себя. – Что ездит этот перед линией? – опять крикнул на него кто то. – Влево, вправо возьми, – кричали ему. Пьер взял вправо и неожиданно съехался с знакомым ему адъютантом генерала Раевского. Адъютант этот сердито взглянул на Пьера, очевидно, сбираясь тоже крикнуть на него, но, узнав его, кивнул ему головой. – Вы как тут? – проговорил он и поскакал дальше. Пьер, чувствуя себя не на своем месте и без дела, боясь опять помешать кому нибудь, поскакал за адъютантом. – Это здесь, что же? Можно мне с вами? – спрашивал он. – Сейчас, сейчас, – отвечал адъютант и, подскакав к толстому полковнику, стоявшему на лугу, что то передал ему и тогда уже обратился к Пьеру. – Вы зачем сюда попали, граф? – сказал он ему с улыбкой. – Все любопытствуете? – Да, да, – сказал Пьер. Но адъютант, повернув лошадь, ехал дальше. – Здесь то слава богу, – сказал адъютант, – но на левом фланге у Багратиона ужасная жарня идет. – Неужели? – спросил Пьер. – Это где же? – Да вот поедемте со мной на курган, от нас видно. А у нас на батарее еще сносно, – сказал адъютант. – Что ж, едете? – Да, я с вами, – сказал Пьер, глядя вокруг себя и отыскивая глазами своего берейтора. Тут только в первый раз Пьер увидал раненых, бредущих пешком и несомых на носилках. На том самом лужке с пахучими рядами сена, по которому он проезжал вчера, поперек рядов, неловко подвернув голову, неподвижно лежал один солдат с свалившимся кивером. – А этого отчего не подняли? – начал было Пьер; но, увидав строгое лицо адъютанта, оглянувшегося в ту же сторону, он замолчал. Пьер не нашел своего берейтора и вместе с адъютантом низом поехал по лощине к кургану Раевского. Лошадь Пьера отставала от адъютанта и равномерно встряхивала его. – Вы, видно, не привыкли верхом ездить, граф? – спросил адъютант. – Нет, ничего, но что то она прыгает очень, – с недоуменьем сказал Пьер. – Ээ!.. да она ранена, – сказал адъютант, – правая передняя, выше колена. Пуля, должно быть. Поздравляю, граф, – сказал он, – le bapteme de feu [крещение огнем]. Проехав в дыму по шестому корпусу, позади артиллерии, которая, выдвинутая вперед, стреляла, оглушая своими выстрелами, они приехали к небольшому лесу. В лесу было прохладно, тихо и пахло осенью. Пьер и адъютант слезли с лошадей и пешком вошли на гору. – Здесь генерал? – спросил адъютант, подходя к кургану. – Сейчас были, поехали сюда, – указывая вправо, отвечали ему. Адъютант оглянулся на Пьера, как бы не зная, что ему теперь с ним делать. – Не беспокойтесь, – сказал Пьер. – Я пойду на курган, можно? – Да пойдите, оттуда все видно и не так опасно. А я заеду за вами. Пьер пошел на батарею, и адъютант поехал дальше. Больше они не видались, и уже гораздо после Пьер узнал, что этому адъютанту в этот день оторвало руку. Курган, на который вошел Пьер, был то знаменитое (потом известное у русских под именем курганной батареи, или батареи Раевского, а у французов под именем la grande redoute, la fatale redoute, la redoute du centre [большого редута, рокового редута, центрального редута] место, вокруг которого положены десятки тысяч людей и которое французы считали важнейшим пунктом позиции. Редут этот состоял из кургана, на котором с трех сторон были выкопаны канавы. В окопанном канавами место стояли десять стрелявших пушек, высунутых в отверстие валов. В линию с курганом стояли с обеих сторон пушки, тоже беспрестанно стрелявшие. Немного позади пушек стояли пехотные войска. Входя на этот курган, Пьер никак не думал, что это окопанное небольшими канавами место, на котором стояло и стреляло несколько пушек, было самое важное место в сражении. Пьеру, напротив, казалось, что это место (именно потому, что он находился на нем) было одно из самых незначительных мест сражения. Войдя на курган, Пьер сел в конце канавы, окружающей батарею, и с бессознательно радостной улыбкой смотрел на то, что делалось вокруг него. Изредка Пьер все с той же улыбкой вставал и, стараясь не помешать солдатам, заряжавшим и накатывавшим орудия, беспрестанно пробегавшим мимо него с сумками и зарядами, прохаживался по батарее. Пушки с этой батареи беспрестанно одна за другой стреляли, оглушая своими звуками и застилая всю окрестность пороховым дымом.

Рейтинг
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: