Все про памятник Н.А. Островскому в городе Сочи


Памятник
Памятник А. Н. Островскому

СтранаРоссия
ГородМосква, Театральная площадь
СкульпторН. А. Андреев
АрхитекторФ. О. Шехтель
Строительство1926—1929 годы
Материалбронза, гранит

Памятник А. Н. Островскому

— памятник писателю Александру Николаевичу Островскому. Установлен в Москве на Театральной площади перед зданием Малого театра в 1929 году. Скульптор — Николай Андреев, архитектор — Ф. О. Шехтель[1]. Памятник выполнен из бронзы и располагается на гранитном постаменте.

История

Идея создания памятника А. Н. Островскому принадлежит Обществу русских драматургических писателей и оперных композиторов[2]. Местом для монумента было выбрано пространство перед зданием Малого театра, так как на его сцене было поставлено большинство пьес писателя. Сбор средств на его возведение был завершен ещё в 1918 году, но строительство пришлось отложить из-за революции[2].

В 1923 году праздновалось столетие со дня рождения Александра Островского. По этому случаю 13 апреля был заложен первый камень будущему памятнику великому русскому драматургу. Также был объявлен конкурс на лучший проект. По итогам этого конкурса автором памятника стал скульптор Николай Андреев. Вместе со своим братом Вячеславом, тоже скульптором, Андреев изучил сотни фотографий Островского[2]. Во время работы Николай Андреев болел воспалением лёгких, но не прекращал трудиться над памятником. Работа продолжалась до 1928 года. Процесс отливания памятника в бронзе затянулся и его открытие перенесли на 1929 год[3]. Проект постамента памятника — одна из последних работ архитектора Ф. О. Шехтеля. Работы по возведению постамента по проекту Шехтеля выполнил уже после его смерти архитектор И. П. Машков[1][4].

27 мая 1929 года памятник был открыт в присутствии членов партии и правительства на площади Свердлова (ныне Театральной) в Москве[5].

Москвич

При упоминании имени Островского привычно представляется грузная фигура в теплом халате, отороченном беличьим мехом — все благодаря кисти Василия Перова.

Или та же персона в домашней шубе, усаженная на кресло возле Малого театра скульптором Николаем Андреевым. Это сложившийся образ уже известного драматурга.

Но прежде, чем прославиться пьесами (коих написал он более полсотни, и многие не сходят с театральных подмостков), клеймившими купеческий и чиновничий мир, молодой безбородый стряпчий черпал сюжеты для небольших рассказов, служа в Московском совестном суде и учась на юридическом факультете Университета.

«Сказание о том, как квартальный надзиратель пускался в пляс» — первое из известных нам сочинений Александра Островского. Публикация датировалась 15 декабря 1843 года.

Знаменитая долговая тюрьма у Воскресенских ворот, Яма, располагалась ровно под окнами департамента, так что молодой юрист ежедневно мог наблюдать, как полицейская стража препровождает очередную жертву к месту заключения.

Яма будет после постоянно фигурировать в пьесах Островского как символ бездны, как угроза для обанкротившихся купцов, преимущественно замоскворецких.

О характерах, традициях своей малой родины, Островский был осведомлен как никто. Замоскворечье, тогдашний уголок московского захолустья с весьма консервативным укладом бытия, дало ему богатый материал для творчества и обеспечило яркими прототипами: бородатыми купцами, взбалмошными купчихами, шустрыми свахами, пронырливыми приказчиками, приживалками, убогими странницами, героями комедий «Женитьба Бальзаминова», «Горячее сердце», «Свои люди сочтемся!», «Семейная картина» и других.

Действия тридцати двух пьес Островского происходят в Замоскворечье, в переулках Ордынки, Пятницкой, где и сегодня еще можно наткнуться на домики тех времен.

Недаром Островского называют «Колумбом Замоскворечья», рупором социальных конфликтов, наблюдавшихся в очень конкретной географии, где царили косность и онемелость, как он выражался, «стреноживающая человека».

С юриспруденцией «Колумб», к слову сказать, довольно скоро завязал, а Университет бросил: Островского манила литература и театр.

В «Записках замоскворецкого жителя» он пишет: «Как далеко ни ездил Геродот, а в Замоскворечье все-таки не был… Страна эта, по официальным известиям, лежит прямо против Кремля, по ту сторону реки».

Будущий драматург появился на свет в ранний утренний час 31 марта 1823 года в маленьком деревянном (на каменном подклете) домике церковного причетника в Голиковском переулке. Дом был поделен на четыре небольших квартиры с отдельными входами и лестницами и окружен садом с высокими деревьями. С тех пор в нем уцелел древний тополь.

Так выглядел дом до открытия в нем музея, 1973

Родители будущего автора «Снегурочки» и «Грозы» снимали трехкомнатную квартиру внизу у диакона Никифора Максимова, что жил с семьей этажом выше и служил в близлежащем пятиглавом деревянном храме Покрова Богородицы в Голиках. В нем через пять дней после рождения мальчик был крещен и наречен заранее припасенным именем Александр. Восприемниками стали титулярный советник Борисоглебский и надворная советница Прокудина.

Отец новорожденного Николай Федорович Островский, по стопам родителя-священника не пошедший, хотя и окончивший Духовную Академию, был тогда только начинающим адвокатом. Мать писателя, Любовь Ивановна Саввина, также происходила из семейства пономаря и посвирни.

У них родилось одиннадцать детей, но выжило лишь четверо, дочь Наталья и три сына, Михаил, Сергей и Александр.

Тихая и болезненная Любовь Ивановна умерла при родах, когда Александру не исполнилось и девяти лет. Детей воспитывала няня, Авдотья Ивановна Кутузова, ставшая Николаю Федоровичу следующей, но не последней, женой. Няня будто и подарила Островскому сюжет его «Снегурочки».

Надо сказать, что отец писателя довольно проворно строил карьеру, служа в общем собрании Московских департаментов сената, затем заняв и более прибыльную должность секретаря департамента Московской палаты гражданского суда. Благодаря частной адвокатской практике Николай Федорович Островский имел в Замоскворечье хорошую клиентуру. Все эти толпившиеся в доме богатые купцы и мещане, которых не без любопытства мог наблюдать его сын Александр, потом перекочевали в его произведения. Он слышал и не забыл своеобразный замоскворецкий говор, ароматные пословицы и шутки.

Когда дела пошли в гору и адвокат получил чин титулярного советника, семейство, стремясь улучшить свои жилищные условия, не стало искать счастья в другой части Москвы. Островские поселились в собственном доме в Монетчиках. А в 1847 году Николай Федорович прикупил еще и усадьбу в сельце Щелыково в Костромской губернии, окруженную дивными пейзажами, решив зажить помещиком, выйдя на пенсию. Род Островских, к тому же и происходил из Костромы. Однако роль Щелыково в жизни писателя А. Н. Островского абсолютно отдельная тема.

В Москве же, в доме в Голиковском переулке, выходящем в Климентовский переулок, что между Пятницкой и Малой Ордынкой, Александр Островский провел всего три первых года своей жизни.

Известно, что с 1850 по 1920 годы дом пустовал, а потом был поделен на коммуналки. Чудом сохранилось крылечко, прикрепленное сбоку.

В 1931 году храм Покрова Богородицы в Голиках снесли. Ровно на том же месте в 1954 году на гранитный постамент был установлен бронзовый бюст Островскому работы скульптора Георгия Мотовилова и архитектора Леонида Полякова.

Церковь Покрова в Голиках, 1925-1930
Памятник А. Н. Островскому, 1970

Мемориальный музей А. Н. Островского (Малая Ордынка, дом № 9/12, стр. 6) как филиал Государственного Центрального Театрального Музея им. А. А. Бахрушина Моссовет открыл в 1984 году.

Экспозицию собирали из подлинных предметов XIX века, мебели, осветительных приборов, тканей, посуды, что пожертвовали неравнодушные жители Замоскворечья, благодаря которым смогли воссоздать незатейливый интерьер и атмосферу эпохи Островского.

В прихожей висит потускневшее зеркало, стены обшиты деревом, узкие лестницы с резными перилами ведут на второй этаж.

Удалось реконструировать обстановку кабинета отца писателя Николая Федоровича — с письменным столом, секретером, диваном с креслами, шкафами, полными книг из семейной библиотеки. Известно, что как только у преуспевающего адвоката стали водиться свободные средства, он принялся покупать книги и собрал одну из лучших в Замоскворечье библиотек. Хотя в этих местах боялись зачитаться и поговаривали: «Если в книжку долго смотреть, можно чудным стать… »

В соседней, немного тесноватой комнате, в музейном реестре числящейся спальней, стоит подлинная кровать Александра Николаевича Островского, на комоде его же расписная шкатулка, тут же ширма XIX века и киот из храма Покрова в Голиках с иконами Богородицы-Троеручицы и Николая Мерликийского. Красную гостиную украшают старинные клавикорды.

Комната Островского в музее

Верхний этаж музея, более просторный, с анфиладой, посвящен театральной деятельности драматурга. Раритет — макет Малого театра, отличающийся точностью деталей.

Дом-музей А. Н. Островского, признанный объектом культурного наследия, тем временем, успел изрядно обветшать. Зданию предстоит реставрация, проект которой уже находится в разработке.

Фото: pastvu.com, shutterstock.com

Примечания

  1. 12Бранденбург Б. Ю., Татаржинская Я. В., Щенков А. С.
    Архитектор Иван Машков. — М.: Русская книга, 2001. — С. 67. — 136 с. — ISBN 5-268-00413-1.
  2. 123
    [www.camper-shoes.ru/content/progulki-po-moskve-pamyatnik-ostrovskomu Прогулки по Москве: памятник Островскому]
  3. [www.planengo.ru/place/pamyatnik_anostrovskomu/more Памятник «А. Н. Островскому»]
  4. Кириченко Е. И.
    Ф. О. Шехтель. Жизнь. Образы. Идеи. — М.: Прогресс-Традиция, 2011. — С. 344. — 360 с. — ISBN 978-5-89826-374-4.
  5. [www.intomoscow.ru/modules.php?name=Contentp&pa=showpage&pid=7&cid=a Памятник Островскому]

Rentofficetoday.com

Архитектору Карлу Ивановичу Росси — итальянцу по происхождению, довелось создать проект по организации пространства на территории между зданием Российской национальной библиотеки на площади Островского 1-3 (прежне именовалась Публичной библиотекой) и выдающимся творением архитектора Старова в стиле классицизма — Аничковым дворцом, расположенным в доме № 38 по Невскому проспекту. Проект был разработан в 1816 году, работа над ним заняла два года. Переустройство района было необходимо для того, чтобы органично вписать в исторически сложившуюся застройку новые объекты. Именно Росси предложил построить на данной территории театр и соединить его с площадью у Чернышевского моста. Постройка двух павильонов ограды у сада Аничкова дворца позволила выделить сам дворец в общей композиции.

С 1828 по 1834 гг. по инициативе Росси к зданию библиотеки был пристроен новый корпус, возведен Александринский театр и организована Чернышева площадь (сегодня площадь Ломоносова). Территорию украсили садами и скверами, а в центре возвели памятник Екатерине II. Во второй половине 19 века на площади Ломоносова организовали сквер, а в 1892 году установили бюст М.В. Ломоносова.

Главенствующую роль в обличии площади Островского, конечно же, занимает Александринский театр — образец русского классицизма. Фасад здания театра, стены нижнего этажа которого отделаны рустами, смотрит на Невский проспект. Шесть колонн являются как бы опорой крыльцу театра, а лоджия является как бы мотивом традиционного портика. У стен главного фасада мы видим плоды творчества С.С. Пименова, А. Трискорни и В.И. Демут-Малтиовского — статуи муз — Терпсихору и Мельпомену , а Слава и Аполлон венчают аттик. Примечательным является зрительный зал театра с идеальными пропорциями и позолоченной резьбой. Всего на постройку здания театра ушло четыре года, и в 1832 году состоялось его официальное открытие.

Публичная библиотека была названа именем русского писателя Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина и представляет собой комплекс из трех зданий, соединенных между собой. Самое первое здание построено архитектором Е.Т. Соколовым в период с 1796 по 1801 гг. Как и в фасаде театра, мы видим русты в обработке первого этажа и шесть колонн. Второе здание было возведено с 1828 по 1834 гг. Так же по проекту К.А. Росси. Но работами по строительству объекта руководил другой архитектор — А.Ф. Щедрин. Здесь мы уже замечаем 18 колонн на фасаде со скульптурами ученных между ними. В новом корпусе размещалось два читальных зала, а в период с 1859 по 1862 по проекту архитектора и по совместительству библиотекаря В.И. Собольщикова во дворе было возведено новое здание под третий читальный зал. Торжественное открытие библиотеки произошло в начале 1814 года. Стенам библиотеки довелось увидеть многих известных деятелей культуры и искусства.

Есть отличная возможность снять офис в Санкт-Петербурге прямо у площади Островского! Это действительно очень удобно — после напряженного трудового дня можно расслабиться с коллегами на увлекательном спектакле или провести время за чтением книг в библиотеке. Обратите внимание на бизнес на Итальянской 23— он находится в двух минутах от площади Островского, а цены на аренду офиса весьма демократичные — 1000 рублей за квадратный метр в месяц.

Отрывок, характеризующий Памятник Островскому (Москва)

После Бородинского сражения, занятия неприятелем Москвы и сожжения ее, важнейшим эпизодом войны 1812 года историки признают движение русской армии с Рязанской на Калужскую дорогу и к Тарутинскому лагерю – так называемый фланговый марш за Красной Пахрой. Историки приписывают славу этого гениального подвига различным лицам и спорят о том, кому, собственно, она принадлежит. Даже иностранные, даже французские историки признают гениальность русских полководцев, говоря об этом фланговом марше. Но почему военные писатели, а за ними и все, полагают, что этот фланговый марш есть весьма глубокомысленное изобретение какого нибудь одного лица, спасшее Россию и погубившее Наполеона, – весьма трудно понять. Во первых, трудно понять, в чем состоит глубокомыслие и гениальность этого движения; ибо для того, чтобы догадаться, что самое лучшее положение армии (когда ее не атакуют) находиться там, где больше продовольствия, – не нужно большого умственного напряжения. И каждый, даже глупый тринадцатилетний мальчик, без труда мог догадаться, что в 1812 году самое выгодное положение армии, после отступления от Москвы, было на Калужской дороге. Итак, нельзя понять, во первых, какими умозаключениями доходят историки до того, чтобы видеть что то глубокомысленное в этом маневре. Во вторых, еще труднее понять, в чем именно историки видят спасительность этого маневра для русских и пагубность его для французов; ибо фланговый марш этот, при других, предшествующих, сопутствовавших и последовавших обстоятельствах, мог быть пагубным для русского и спасительным для французского войска. Если с того времени, как совершилось это движение, положение русского войска стало улучшаться, то из этого никак не следует, чтобы это движение было тому причиною. Этот фланговый марш не только не мог бы принести какие нибудь выгоды, но мог бы погубить русскую армию, ежели бы при том не было совпадения других условий. Что бы было, если бы не сгорела Москва? Если бы Мюрат не потерял из виду русских? Если бы Наполеон не находился в бездействии? Если бы под Красной Пахрой русская армия, по совету Бенигсена и Барклая, дала бы сражение? Что бы было, если бы французы атаковали русских, когда они шли за Пахрой? Что бы было, если бы впоследствии Наполеон, подойдя к Тарутину, атаковал бы русских хотя бы с одной десятой долей той энергии, с которой он атаковал в Смоленске? Что бы было, если бы французы пошли на Петербург?.. При всех этих предположениях спасительность флангового марша могла перейти в пагубность. В третьих, и самое непонятное, состоит в том, что люди, изучающие историю, умышленно не хотят видеть того, что фланговый марш нельзя приписывать никакому одному человеку, что никто никогда его не предвидел, что маневр этот, точно так же как и отступление в Филях, в настоящем никогда никому не представлялся в его цельности, а шаг за шагом, событие за событием, мгновение за мгновением вытекал из бесчисленного количества самых разнообразных условий, и только тогда представился во всей своей цельности, когда он совершился и стал прошедшим. На совете в Филях у русского начальства преобладающею мыслью было само собой разумевшееся отступление по прямому направлению назад, то есть по Нижегородской дороге. Доказательствами тому служит то, что большинство голосов на совете было подано в этом смысле, и, главное, известный разговор после совета главнокомандующего с Ланским, заведовавшим провиантскою частью. Ланской донес главнокомандующему, что продовольствие для армии собрано преимущественно по Оке, в Тульской и Калужской губерниях и что в случае отступления на Нижний запасы провианта будут отделены от армии большою рекою Окой, через которую перевоз в первозимье бывает невозможен. Это был первый признак необходимости уклонения от прежде представлявшегося самым естественным прямого направления на Нижний. Армия подержалась южнее, по Рязанской дороге, и ближе к запасам. Впоследствии бездействие французов, потерявших даже из виду русскую армию, заботы о защите Тульского завода и, главное, выгоды приближения к своим запасам заставили армию отклониться еще южнее, на Тульскую дорогу. Перейдя отчаянным движением за Пахрой на Тульскую дорогу, военачальники русской армии думали оставаться у Подольска, и не было мысли о Тарутинской позиции; но бесчисленное количество обстоятельств и появление опять французских войск, прежде потерявших из виду русских, и проекты сражения, и, главное, обилие провианта в Калуге заставили нашу армию еще более отклониться к югу и перейти в середину путей своего продовольствия, с Тульской на Калужскую дорогу, к Тарутину. Точно так же, как нельзя отвечать на тот вопрос, когда оставлена была Москва, нельзя отвечать и на то, когда именно и кем решено было перейти к Тарутину. Только тогда, когда войска пришли уже к Тарутину вследствие бесчисленных дифференциальных сил, тогда только стали люди уверять себя, что они этого хотели и давно предвидели.

Площадь Островского (Санкт-Петербург)

Предыстория площади

Вид Невского проспекта в сторону Адмиралтейства. 1753 год. Гравюра Я. Васильева по рисунку М. И. Махаева, раскрашенная акварелью
В XVIII веке происходил процесс сосредоточения важнейших по своему значению и по масштабам архитектурных сооружений на берегах Невы и в ближайших к Неве кварталах. Будущая площадь Островского была городской окраиной. Доминирующими строениями между Невским проспектом, Садовой улицей и набережной реки Фонтанки были Аничков и Воронцовский дворцы. Первый из них принадлежал графу А. Г. Разумовскому. На месте нынешней площади находился дворцовый сад, расположенный до Большой Садовой улицы и Чернышова моста. В нём, вдоль Невского проспекта, находился пруд, а напротив Малой Садовой улицы был фонтан. На месте нынешней Российской национальной библиотеки были устроены питомник и оранжереи, вдоль Садовой улицы располагались дома садовников и дворцовых слуг, а напротив Гостиного двора стоял дом управляющего графа Разумовского. На месте теперешнего Александринского театра находился деревянный Итальянский павильон с картинной галереей[8].

Императрица Екатерина II подарила Аничков дворец своему фавориту Г. А. Потёмкину. Во дворце находилась библиотека Потёмкина. В Итальянском павильоне обычно проводились праздники и выставлялись редкие «произведения искусства». В 1795 году в павильоне разместили привезённую из Польши библиотеку братьев Залуских, ставшую впоследствии основой будущей Императорской Публичной библиотеки[8].

Вот как описывает будущее место площади И. Г. Георги в 1794 году:

«§ 167. Аничковский дворец по Невской перспективе и Фонтанке. ИМПЕРАТРИЦА ЕЛИЗАВЕТА ПЕТРОВНА построила оный в 1744 году по плану Графа Растрелли для Графа Разумовского, после того куплен он от казны для Князя Потёмкина Таврического, который продал его богатому купцу Никите Шемякину. Этот дом велик и стоит на открытом месте, в 3 этажа, и имеет фасад простой. На улицу есть на сводах висячий сад, равный ширине дворца. Дворцовый сад в виде косого четырёхугольника простирается до Садовой улицы… Ныне же стоит без всякого употребления. Дворец оставлен без присмотру и год от года теряет свой вид»[9].

Фрагмент «Плана Императорского столичного города Санкт-Петербурга, сочиненого в 1737 году»
В 1799 году западная часть сада Аничкова дворца передана в ведение Театральной дирекции. Санкт-петербургский генерал-губернатор П. В. Голенищев-Кутузов заключил контракт с антрепренёром Антоном Казасси о перестройке Итальянского павильона в театр. К 1801 году архитектором В. Бренной работы завершились. В историю он вошёл как Театр Казасси

, а затем
Малый театр
, именуемый иногда
Французским театром
. В 1796—1801 годах по проекту архитектора Е. Т. Соколова на углу Невского проспекта и Садовой улицы было построено здание Публичной библиотеки. В результате территория сада Аничкова дворца значительно сократилась и на западе ограничилась линией ныне существующего сада. В начале XIX века по этой границе возник ряд небольших деревянных и каменных домов, принадлежащих артистам и частным владельцам[8].

Возникновение и развитие площади

К 1810-м годам здание Малого театра стало тесно для публики, и его внешний вид не соответствовал парадному облику главной городской магистрали. В 1816 году к проектированию привлекли архитекторов А. К. Модюи и К. И. Росси, состоявших на службе в Комитете строений и гидравлических работ. Оба зодчих представили свои варианты реконструкции театрального здания вместе с полной перепланировкой всей окружающей территории от Аничкова дворца до Садовой улицы. В итоге долгих обсуждений предпочтение отдали Росси, который разработал около двадцати вариантов генерального плана преобразования местности вокруг будущего театра[8]. По его проекту, Театральная площадь, площадь у Чернышова моста, сеть новых улиц, связанных между собой и с другими магистралями центра, застраиваются как единый архитектурный ансамбль. В центре доминирует здание Александринского театра. В результате возникает крупнейший общественный и культурный центр, в который входят театр, публичная библиотека, здания министерств и целая система улиц[10].

Строительство началось в 1816—1818 годах с постройки двух симметричных павильонов с фигурами русских витязей, выполненных С. С. Пименовым, и сооружения ограды, отделившей оставшуюся часть сада у Аничкова дворца. Таким образом, была обозначена восточная граница новой площади, а также подчёркнуто значение дворца в ансамбле[11]. В 1828—1832 годах Росси искусно пристроил к зданию Публичной библиотеки, построенному ранее Е. Т. Соколовым вдоль Садовой улицы, огромный (протяжённостью 90 метров) новый корпус, создав гармонически целое сооружение. В это же время в глубине площади строится здание Александринского театра. Здание театра являлось одним из лучших для своего времени по планировке, оборудованию сцены и мастерству внешней и внутренней отделки[12]. На открытии театра 31 августа (12 сентября) 1832 года была сыграна патриотическая пьеса М. В. Крюковского «Пожарский, или Освобождённая Москва»[13][14]. Позади здания театра, на одной с ним оси, в 1828—1834 годах по проекту Росси построена улица, оформленная двумя торжественными зданиями. По гармоничности и законченности пропорций (длина улицы — 220 м, ширина и высота зданий — 22 м), торжественности строя колоннад и красоте перспектив эта улица не имеет равных[11]. Из-за разногласий с заказчиком (отказ сделать главным звеном ансамбля Аничков дворец) Росси был отстранён от работы над ансамблем. Ансамбль не был завершён. Великий зодчий умер в полном забвении в 1849 году[10].

В. С. Садовников. Вид Аничкова дворца (1862 год)

Летом 1832 года на площади перед театром садовым мастером Яковом Фёдоровым был разбит сад. Он представлял собой центральный луг, окружённый дорожкой извилистых очертаний с четырьмя выходами на площадь. Сад огорожен чугунной решёткой с четырьмя двухстворчатыми воротами и 30 фонарями, вокруг устроен тротуар.

В 1830-х — начале 1840-х годов с восточной стороны площади, к югу от сада Аничкова дворца, находился двор купца Маркела Езелева. На его месте вскоре по проекту архитектора Адриана Розена было построено здание деревянного конного цирка, открытие которого состоялось 10 октября 1846 года. В 1850-е годы он был перестроен по проекту архитектора В. П. Львова. Цирк просуществовал до 1867 года, а через три года на его месте открылся один из первых в России театров оперетты — «театр Буфф»[8].

В начале 1860-х годов возникла идея к 100-летию восшествия на престол Екатерины II установить в городе памятник. Один из вариантов памятника, выполненный в масштабе 1/16 от натуральной величины, находится в павильоне «Грот» в Царском Селе. В центре сквера на Александрийской площади памятник императрице Екатерине ΙΙ был открыт в 1873 году. Его автор — художник М. О. Микешин. Гранит разных пород для пьедестала памятника привезли водным путём с Карельского перешейка к набережной Невы у Летнего сада, а оттуда — по специальной переносной железной дороге, изготовленной на заводе Сан-Галли, доставили на место. Расход на сооружение монумента составил 316 000 рублей, а вместе с изготовлением памятных медалей, организацией церемониала открытия и переустройством сквера — 456 896 рублей. Памятник сооружали более 10 лет — с 1862 по 1873 год. Его освящение прошло 24 ноября (6 декабря) 1873 года[8].

Торжества у памятника Екатерине Великой. Фото Ивана Бианки

Одновременно с этим по проекту архитектора Д. И. Гримма был перепланирован сквер вокруг памятника. Было изменено направление сквера по длине, когда вытянутую часть его расположили вдоль здания Публичной библиотеки, а не вдоль Невского проспекта. В результате этого площадь сквера вокруг памятника увеличилась с 0,65 га до 0,95 га, вскоре ставшего именоваться — Екатерининский

.

Распоряжением императора от 19 ноября (1 декабря) 1873 года переустроенный сад был передан в ведение правления Первого округа путей сообщения. В Екатерининском саду порядок поддерживался силами трёх рабочих и нескольких сторожей, трое из которых попеременно дежурили у памятника. В 1873 году на содержание сада было ассигновано 4 тысячи рублей, но уже с 1875 года эту сумму ограничили 1500 рублями. Из-за недостаточного финансирования к 1875 году свыше 90 дубов погибло, в плохом состоянии находилась решётка. Было решено обратиться к специалистам из Императорского российского общества садоводства. Обществу было поручено восстановить сквер за 6831 рубль с изменением его планировки и заменой растений и принять на себя ежегодный ремонт и присмотр за памятником и сквером за 1500 рублей в год. Работы начались в 1878 году. По проекту вице-президента Общества садоводства Э. Л. Регеля и его помощника по озеленению Э. И. Эндела была выполнена перепланировка сада. Вместо прямолинейных дорожек появились три круглые взаимосвязанные площадки, расположенные по длиной оси и двух пар боковых дуговых дорожек. Затем в течение двух лет проводились посадки и установка новой решётки с декоративными вензелями Екатерины II[8].

В 1876—1878 годы по проекту архитектора В. А. Шрётера был построен дом для Санкт-Петербургского городского кредитного общества. Зал общих собраний дома с осени 1880 года использовался для концертов, литературных чтений, благотворительных вечеров. Здесь проходили выступления квартета Русского музыкального общества с участием скрипача и дирижёра Л. С. Ауэра, первый концерт кружка любителей игры на балалайке под управлением В. В. Андреева. В день лицейской годовщины 19 (31) октября 1880 года в чтениях Литературного фонда участвовали Я. К. Грот, П. И. Вейнер, Д. В. Григорович, Ф. М. Достоевский. В 1895 году состоялось первое литературное выступление И. А. Бунина[15]. В 1879 году рядом построили дом в псевдорусском стиле по проекту архитекторов Н. П. Басина и Н. Н. Никонова[11].

С 17 (29) апреля по 2 (14) мая 1879 года на площади проводились опыты электрического уличного освещения, организованные товариществом П. Н. Яблочкова. В ночное время с 22 до 24 часов публике показывали опыты «мгновенного тушения и зажигания» четырёх электрических фонарей из 12-ти. В день окончания опыта памятник Императрице осветили, кроме того, рефлекторами[8].

В 1896—1901 годы к Публичной библиотеке был пристроен ещё один корпус по проекту архитектора Е. С. Воротилова. В 1911 году по проекту архитектора А. А. Гречанникова построено здание для управления Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороги[11].

В начале XX века проводилась реконструкция Екатерининского сада, в том числе была проведена ливневая канализация, отремонтирован памятник Екатерине, а вокруг памятника установлено ограждение, проведены обширные земляные и слесарные работы[8].

По административно-территориальному делению Санкт-Петербурга на начало XX века площадь находится на территории Спасской полицейской части[3].

Советский период

Памятник Екатерине II на площади Островского
В 1918 году в здании Дирекции императорских театров, в части, обращённой к театру, разместился Театральный музей[12]. Александринская площадь с 1923 года стала именоваться площадью Писателя Островского

, а с середины 1920-х годов наименование упростили до
площади Островского
, сквер также утратил имя императрицы и стал именоваться —
Сквером на площади Островского
[3].

В 1929—1930 годы на площади Островского произведён ремонт тротуаров у сквера, прокладка бетонной канализации, перепланировка проезда вдоль Публичной библиотеки (расширен с 2 до 6,5 м), а также площади перед театром. Для освещения установили 16 колонн с фонарями, вокруг театра устроили тротуар шириной 8,7 м. В 1933—1935 годы в сквере проведены значительные посадки ивы, вяза, крушины и других деревьев и кустарников[8].

В начале 1930-х годов партийные органы Ленинграда собирались демонтировать памятник как «старорежимный», поставив на пьедестал вместо статуи Екатерины статую Ленина с протянутой рукой, а на места снятых 9-ти фигур посадить представителей «мудрого ленинского политбюро». В конце 1960-х годов, из рук А. В. Суворова вандалами была вырвана шпага. Её воспроизводили заново дважды, но покушения на неё продолжаются до сих пор[16].

В 1932 году Публичной библиотеке присвоено имя писателя М. Е. Салтыкова-Щедрина, а в 1939 году, в день 125-летнего юбилея, она была награждена орденом Трудового Красного Знамени. В 1937 году Александринскому театру было присвоено имя А. С. Пушкина, а в 1939 году он был награждён орденом Трудового Красного Знамени[12].

В годы Блокады саду был нанесён значительный ущерб. Сразу после снятия блокады сквер был расчищен и приведён в порядок. В 1956—1959 годах по проекту архитектора В. Д. Кирхоглани здесь проводилась перепланировка. Взаимосвязанные круглые площадки приобрели прямоугольную форму. Было высажено до 600 многолетников и до 5 тысяч луковичных цветов, а также свыше тысячи чайных сортовых роз. В тот момент в саду росло свыше 140 деревьев (вяз, липа, ива, клён, крушина, дуб, каштан) и около 1200 кустов (акация, кизильник, спирея, сирень). В 1962 году дополнительно была проведена внеплановая посадка роз[8].

Современный период

Со времён перестройки у ограды Екатерининского сада (с наружной стороны) — в основном на участке вдоль Невского проспекта — петербургские художники выставляют и продают свои работы, там же рисуют портреты желающих (в том числе шаржи). У входа в сад туристов и гостей города фотографы приглашают сфотографироваться у подножия монумента вместе с костюмированными персонажами в облике императрицы Екатерины ΙΙ и одного из её фаворитов[8][17][18]. Екатерининский сад, «Катькин садик» был местом встреч ЛГБТ-сообщества ещё с царских времён. А на скамейках сквера вокруг памятника собираются шахматисты-любители[17][18][19].

С декабря 1988 года Екатерининский сад состоит под государственной охраной. В 1989—2001 годах здесь была проведена реконструкция, с коренным переустройством и возвращением планировки, существовавшей в 1878 году[8]. В 1990-е годы с бронзовой груди императрицы сняли многокилограммовую цепь и орден, а у вельмож, сидящих в ногах Екатерины, украли различные аксессуары. Так например, Суворов в очередной раз остался без шпаги. По горячим следам удалось найти вандалов, и во время последней реставрации в 2003 году предметы вернули на своё место[20].

В 1992 году Указом президента Российской Федерации Государственную публичную библиотеку имени М. Е. Салтыкова-Щедрина

переименовали в
Российскую национальную библиотеку
с одновременным повышением её статуса до особо ценного объекта национального наследия, составляющего историческое и культурное достояние народов Российской Федерации. С этого момента на Российскую национальную библиотеку возлагается обязанность хранения обязательного бесплатного федерального экземпляра всех изданий[21].

В 2005—2006 годах в Александринском театре проведена генеральная реконструкция, в результате которой воссоздан исторический облик интерьеров здания, театр стал одной из самых совершенных в инженерном плане современных сценических площадок. 30 августа 2006 года состоялось торжественное открытие театра после реконструкции[22].

С 2005 года ведётся строительство новой семиэтажной гостиницы на участке между садом Аничкова дворца и Зданием Управления Октябрьской железной дороги. Для этого снесён участок исторической стены между садом Аничкова дворца и площадью[23][24].

На площади Островского (на участке между Екатерининским садом, зданием Российской национальной библиотеки и зданием Александринского театра) проводится ежегодный Петербургский молочный фестиваль, устраиваемый петербургскими молочными заводами. На этих ярмарках устраивается тир, аттракционы и другие развлечения[25]. Ежегодно с 14 декабря по 7 января на площади проходит Рождественская ярмарка. Она включает в себя традиционный рождественский базар с ёлочными игрушками и новогодними сувенирами, праздничные угощения, «игровое поле» с аттракционами и конкурсами, выступления фольклорных коллективов, а также ежегодные благотворительные акции, например, «Рождественская азбука» (ежедневно в импровизированной художественной мастерской, размещённой на главной ярмарочной сцене, известные люди страны пишут картины, которые впоследствии продаются на благотворительном аукционе)[26].

Факты и легенды

Существует несколько городских легенд, с которыми связан памятник Екатерине II, Санкт-Петербург передает их из поколения в поколение. По одной из них, под постаментом скрыты огромные сокровища. Рассказывают, что при рытье котлована, одна из зрительниц бросила в яму драгоценное кольцо, а после примеру последовали и остальные женщины.

Еще одна легенда связана с фигурами на постаменте. Ходит мнение, что все эти люди были любовниками Екатерины. Хотя исторически доказана связь императрицы только с Григорием Потемкиным, его даже называют «тайным мужем».

Но что точно правда – так это печальная слава памятника, как самого несчастного в городе. Дело в том, что у него постоянно пропадают какие-то декоративные детали. Их просто крадут охотники за металлами. Особенно много таких случаев было в 90-х, когда народ пытался заработать чем только возможно. Например, у скульптуры Александра Суворова неоднократно воровали шпагу. И ее пришлось заменять другой. Так что некоторые элементы гораздо моложе самого памятника, хотя внешне этого не определишь.

Из истории

Можно сказать, что площадь Островского является перекрестком, но не улиц, а достопримечательностей Санкт-Петербурга, одна из которых и названа именем создателя этого архитектурного ансамбля – зодчего Росси.

По замыслу архитектора центром огромного городского ансамбля должен был стать Александринский театр. Перед театром с одной стороны сооружается новый корпус Публичной библиотеки, а с другой, в ограде Аничковой усадьбы, — павильоны.

Позади театра была построена уникальная улица Росси, состоящая всего из пяти строений с единым фасадом, так, что создается впечатление, что на ней находится всего два здания. Улица была названа Театральной, а впоследствии получила имя ее автора – зодчего Росси.

Рейтинг
( 1 оценка, среднее 4 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: